Поиск


Календарь новостей
«Янв.2022
Пн.Вт.Ср.Чт.Пт.Сб.Вс.
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      


Искать настоящих убийц Звенигородского - задача полковника Власенко

Недавно состоялось очередное судебное заседание по делу Виктории Санжаривець. Повторно допросили в суде эксперта-психолога, которая проводила психологическую экспертизу видеозаписи первого официального допроса девушки после задержания 11 сентября 2010 года и обнаружила «ориентировочно-установочные поведение» в действиях и словах подозреваемого.

Ходатайство о допросе эксперта заявила прокурор отдела государственного обвинения областной прокуратуры Людмила Деряга. Впрочем, ясности относительно того, кто наставлял и на что ориентировал и правду говорила Виктория, рассказывая, как именно она якобы совершила убийство Сергея Звенигородского, эксперт так и не дала (у присутствующих сложилось впечатление жонглирование терминами для уклонения от конкретных ответов). И даже повторный просмотр уже упомянутого видеозаписи допроса с комментированием эксперта по сути ничего не добавил. Но видеозапись впервые видели адвокат девушки Сергей Колотий и прокурор Людмила Деряга.

Сергей Николаевич считает, что запись чрезвычайно ценен, поскольку в очередной раз доказывает непричастность В. Санжаривець к убийству. Ведь, во-первых, ни Вика, ни следователь даже не упоминают о том, что якобы (по версии милиции, которую заставляли заучить подростка) погибший в порыве сексуальных домогательств порвал на девушке одежду. Во-вторых, она и показывает, и говорит, что якобы тянула, обкрутившы кругом шеи (почему-то постоянно употребляет слово «давила», хотя давить можно только твердым предметом) подтяжки в разные стороны 15 минут (попробуйте просто подержать вытянутые руки перед собой 15 минут, не у каждого получится, не говоря о растяжении в разные стороны, когда жертва оказывает яростное сопротивление). Но следователь «убойного» отдела областной милиции Эдуард Регеда не обращает внимания и на это, и на то, что подтяжки были завязаны на узел с такой силой, что между ним и шеей нельзя было подсунуть даже палец. В-третьих, Виктория называет серый цвет подтяжек Марио (видно, начальник «убойного» отдела, в то время подполковник Александр Власенко забыл сказать Вике, что они оранжевые).

Был допрошен в суде и эксперт-криминалист Сергей Товма, исследовавший одежда обвиняемой и потерпевшего. Это ходатайство в предварительном заседании было заявлено прокурором Л. Деряга, которая хотела выяснить характер повреждений одежды Виктории и когда именно блузка и юбка Виктории были разорваны - до или после стирки (Вика утверждает, что на следующий день после фестиваля одежду постирала). Из комнаты вещественных доказательств принесли опечатаны пакеты, получили джинсовую юбочку. Российский выражение «набедренная повязка» точнее характеризует этот текстильное изделие шириной где-то сантиметров 20-ть. В случае сексуальных домогательств ее даже нет необходимости рвать, потому что она ... не мешает. Да и разорвать плотную ткань не так то просто. Я почему-то думала, что юбка разорвана крайней мере по шву. А оказалось, что она не разорвана, а разрезанная сзади горизонтально, по-простому говоря, на попе. Исследовали и разорванную желтую маечку, в которой девушка была в тот злополучный вечер на фестивале. Сразу же повторно допросили мачеху Виктории - Тамару Санжаривець. Она второй раз объяснила (первый раз еще на судебном заседании в апреле полтавские журналисты-правозащитники настояли, чтобы мачеха под присягой рассказала это в суде), что в день ареста Виктории 11 сентября 2010 ее из дома забрали милиционеры и доставили в РОВД. Там она узнала, что падчерицу обвиняют в убийстве. Вика, с которой ей позволили увидеться, сказала, что против нее мало «улики», поэтому надо (так научил девушку Власенко) порвать одежду и тогда ее через два дня выпустят. Дома Тамара Владимировна выполнила просьбу Виктории. Вероятно, судья Виктор Голубенко окончательно убедился в том, что так оно и было в действительности, потому отклонил ходатайство прокурора о назначении судебной экспертизы на предмет того, когда были повреждены вещи девушки: до или после стирки. Между прочим, выяснилось, что хотя Виктории не было до четырех часов утра, ни отец, ни мачеха ... не звонили ей на мобильный, не интересовались, почему же дочери так долго нет.

Кстати, на суде красноречиво был засвидетельствован стиль работы милиции и даже пикантная подробность частной жизни высших милицейских чинов. Как известно, убийство музыканта произошло 28 августа прошлого года. А 4 сентября, рассказала Вика на судебном заседании, домой к ней приехал полтавский подполковник А. Власенко и работник Кобеляцкого РОВД В. Демченко. Расспрашивали ее, была ли она на фестивале «Вйо, Кобеляки!», С кем отдыхала, что видела. А где-то 8 сентября ей позвонил Власенко и предложил «расслабиться» с пивком и чтобы для «гендерного равенства» прихватила кого из знакомых девушек. Виктория согласилась, крикнула лучшую подружку, немного старше, разведенную, в которой малолетний ребенок. И повез Власенко компанию пить пиво, куда бы вы думали, прямо на место убийства. Сели пить (это при том, что распивать алкогольные напитки с несовершеннолетними является уголовным преступлением, но подполковник милиции не из тех, кто уважает законы - авт.) В той беседке, где последний раз Вика видела Марио. Власенко показал, где его нашли мертвым, как он лежал, рассказывал другие подробности преступления. Затем Демченко и Вику развезли по домам, а Власенко, как ей на следующий день похвасталась подружка, заночевал ... у нее.

Прокурор Л. Деряга расспрашивала Вику, почему она поехала «отдыхать» с малознакомыми мужчинами (Власенко ей вообще в отцы годится). В. Санжаривець внятно объяснить это не смогла. Или не захотела. Это теперь, через год тюрьмы (СИЗО по сути, та же тюрьма) он осознает, в какой переплет попала, и что вся молодость может пройти за колючей проволокой (это кроме клейма убийцы на всю жизнь со всеми вытекающими). И как подло и лихо ее обошел Власенко, заставив оговорить себя. Она плачет, когда ее допрашивают в суде прокурор, судья и адвокаты (а как иначе ее докопаться до истины), нервничает, у нее резко ухудшается самочувствие; этот раз ей снова вызвали «скорую» помощь.

Теперь, более полугода проводя журналистское расследование и наработав цели блокноты и диктофоны информации, понимаем, что милиционеры совсем не случайно выбрали Вику на роль убийцы. Во-первых, сирота, которая в три года вместе с братцем-двойняшки потеряла маму. Отец, который находится на учете у психиатра, женился вторично на женщине, своих детей нет. Она не усыновила приемных детей и не стала им матерью де-факто. Роман вообще вырос вдали от дома - в интернате для детей с нарушениями развития, хотя при общении производит впечатление абсолютно нормального человека. С Викой у Тамары Владимировны тоже отношения, мягко говоря, не сложились. Не получала девочка в семье душевного тепла, чувствовала себя ненужной и лишней, поэтому с 14-ти лет начала его искать где-либо и пыталась вырваться на волю в самый, как она считала, образом: выскочить замуж. Отсюда вредные привычки, поздние застолья с кем придется, бывало, что и дома не ночевала. Наверное, думала, что большое количество представителей мужского пола, с которыми имела знакомства и отношения, скорее изменит к лучшему ее нищенскую жизнь (в ее дневнике есть запись: «Где найти 5 гривен на ремонт сапожек?»; Это при том, что родители получают от государства помощь и на Романа, и на Викторию, только, пожалуй, к детям те деньги не всегда доходили). Видимо, Виктория, думала, глупенькая, что и Власенко и его Кобеляцком коллеге она понравилась «как женщина», раз зовут «на природу». Семья Викин родителей имеет ежемесячный доход около пяти тысяч гривен (пенсии, зарплата, социальные пособия), но когда Вику арестовали, мачеха отказалась дать денег на адвоката, так как «на ремонт надо» ...

Во-вторых, наверное, логично и правильно как для страны тотального беззакония рассуждал Власенко: кто за заступится сироту из бедной семьи, поэтому коррумпированный суд примет за чистую монету сфабрикованное уголовное дело, как правило, не заботясь о том, что доказательств вины, кроме собственного признания нет, и именем Украины упечет в тюрьму лет на 10-ть. А ему за раскрытие - «звездочка на погон» (Власенко и действительно вскоре после передачи дела в суд получил звание полковника).

И так бы оно и случилось, если бы не воля Божия на то, что все пошло не по милицейским сценарию: не ждали правоохранители, что к этому делу будет приковано такое внимание прессы и общества, что подключится Харьковская правозащитная группа, за дело возьмется «цепкий »адвокат из Полтавы. Поэтому и прокуратура вынуждена изменить позицию и наконец в суде происходит то, что уже без натяжки можно назвать судебным следствием.

Дата следующего судебного заседания пока неизвестна. Пока судья назначил комплексную судебно-медицинскую экспертизу погибшего в сжатые сроки.

Однако, если все очевиднее, что В. Санжаривець не причастна к смерти Сергея Звенигородского, то все острее встает вопрос: кто же настоящий убийца / убийцы и знает его имя милиция. Старенькие родители Звенигородского предполагают, что девушка могла быть свидетелем расправы над сыном и поэтому настаивают, чтобы она назвала преступников прямо в суде. Другие считают, что если это действительно так и убийцы на свободе, то жизни девушки угрожает реальная опасность. Но в этом конкретном суде решается только один вопрос: виновен или нет Виктория Санжаривець. А искать настоящих убийц - задача полковника Власенко «со товарищи», за что мы, налогоплательщики, платим им зарплату из наших карманов.

Кстати, по одной из версий, которых немало довелось услышать, в день гибели Марио на фестиваль приехал один из руководителей Партии регионов, которая была спонсором мероприятия. Вышла какая спор за деньги с главным организатором фестиваля, уроженцем Кобеляк киевлянином Мирослав Кувалдин (я с ним говорила по телефону и он не смог вспомнить точно, сколько потеряли на проведение фестиваля в 2010 году - 50 или 70 тысяч гривен). Инцидент якобы зазняв Сергей Звенигородский, который практически не расставался со своей видеокамерой и снимал все, что видел на фестивале, для будущего фильма. Это не понравилось охраннику партийного босса, который потребовал вытереть видеозапись, но Марио отказался это сделать. Трое друзей, приехавших с Сергеем из Полтавы и жили с ним в одной палатке, рассказали (это зафиксировано в уголовном деле), что поздно ночью, когда они уже спали, кто свалил их палатку и сонных и беспомощных жестоко избил. Мотив избиения ребята до сих пор объяснить не могут, да и признаются, что нетрезвые были. Марио в то время не было в палатке. Похоже, что искали Звенигородского, чтобы забрать компрометирующий видеоклип. Нашли, вероятно, в другом месте, а поскольку понимание опять не получилось, неуступчивость стоила Марио жизни. Его видеокамеры так и не нашли (или и не искали - авт.) Хотя версия убийства с целью ограбления тоже должна быть тщательно отработанной. А его мобильный телефон через несколько дней спустя родным погибшего отдали в милицию.

Объяснение стражей, что, мол, мобилку с «бесхозного» рюкзака у сцены украли ребята из Полтавы, приехавшие на фестиваль, по-моему, никакой критики не выдерживает ...

Людмила Кучеренко, журналистка-правозащитник

Опубликовано:21 Сентябрь 13:38, Просмотров:1668
 
В этом разделе:
© 2022 Новости Полтавщины
При использовании материалов обязательно
размещение ссылки на сайт poltava-news.com